Скрипка Надежды
31.08.2008 18:03

Бледно-серый туман густым ковром покрывал землю. Было около шести утра. В доме, где ещё час назад шумела музыка, и веселились гости, было тихо. Ветер весело играл с разноцветными лентами, висящими на деревьях, развивая их в разные стороны. Кое-где валялись остатки праздничного ужина, пластмассовая посуда, салфетки, и прочий мусор, который всегда остаётся после весёлого застолья. Из тумана доносились еле слышные звуки скрипки.

Дом, в котором проходил званный ужин, был одним из крупнейших особняков страны. Его окружал высокий каменный забор, через который невозможно было перелезть без подручных средств; к дому вела кирпичная дорожка, проходившая через небольшую аллею, и большая асфальтовая дорога для въезда машин. За домом находился прекрасный парк с изумительным прудом и летнее кафе на террасе. Обычно, все праздники справляли именно там, но этот вечер был особенным.

Каждый год, в один и тот же день, в доме справлялся вечер средневековья: гости приходили в шикарных пышных нарядах, танцевали старинные танцы под музыку известных композиторов, пили дорогое вина, даже, иногда, устраивались дуэли на шпагах или мечах, но всё это было лишь ради забавы, отдыха и наслаждения.

Хозяевами дома были добрые люди – граф Марк Де’Боо и его жена графиня Лидия. Они любили прекрасную музыку и всегда помогали талантливым музыкантам выйти в свет. Нередко, юные дарования, показывали свои таланты именно на таких праздниках, как день средневековья. В этом году шанс представился двадцатипятилетнему Джорджу – скрипачу, чьи родители были друзьями графа и графини. Он любил играть на своей старенькой скрипке и уже не раз выступал на сцене.

Когда все гости собрались, появился и сам скрипач. Его встретил дворецкий и после слов: «Ваш плащ, сэр», - отвёл его в огромную гостиную комнату, где все уже ждали долгожданного выступления.

Джордж, немного смутившись, встал на специально отведённый ему пьедестал, достал свою скрипку и заиграл. Гости притихли: музыка была настолько упоительна и обворожительна, что никто не осмеливался произнести ни слова.

Джордж окинул публику взглядом: здесь были все известные ему богатые люди города, в котором он жил и многие-многие другие, кого он не знал, но с кем скоро должен был познакомиться.

Здесь был и лорд Перуа – известный нефтяной магнат. Он, как всегда, сидел в своих солнечных очках, хотя они были совсем ни к месту, и выкуривал дорогую сигару. Рядом с ним сидели сёстры Дирисон: хоть они и были близняшками, постоянно ссорились и даже жили в разных городах. Но сейчас они снова были вместе: наверняка, это была всего лишь игра на публику, но какая игра! Нужно иметь настоящий талант, чтобы прятать искреннюю ненависть и недоброжелательность. А вот и мистер Джон! Какая встреча! Джордж давно не виделся с ним. Это был единственный человек в комнате, которому скрипач доверял и искренне верил, ведь Джон был ему как отец. Джордж встретился с наставником взглядом, кивнул в знак почтения, а после закрыл глаза и стал слушать мелодию своей скрипки. Так скрипач играл лучше: музыка успокаивала его. Джордж верил, что всем понравится мелодия, и это было для него главным. Деньги, слава, развлечения, - Джордж не считал это главными ценностями своей жизни. Он хотел, чтобы его слушали и через музыку видели состояние его души. Ведь если скрипачу плохо – скрипка плачет, а если весело – радуется вместе с ним.

Сегодня Джордж играл печальную и грустную мелодию: месяц назад он потерял свою любимую девушку. Его душа скорбела, а скрипка плакала, и вместе с ней плакали и гости в доме.

- Какая грустная мелодия, - сказал кто-то в комнате.

- Это просто выученные ноты, - ответил кто-то другой.

Сердце Джорджа стало стучаться сильнее. Он не мог поверить, что кто-то посмел так оскорбить его, ведь игра на скрипке – это не просто зубрёшь нот, это передача чувств и настроения. Наверное, тот, кто сказал это, не разбирается в музыке, но всё же Джордж открыл глаза и посмотрел на слушателей: они пристально смотрели на него. Кто-то плакал, кто-то просто сидел и молчал, кто-то улыбался, но все они смотрели на Джорджа… все до одного.

У выхода на террасу Джордж увидел девушку в пышном белом платье, как у невесты, с маской на лице. Девушка смотрела ему в глаза и улыбалась, как будто всю жизнь ждала этой минуты. Джордж покраснел и даже немного сбился с ритма. Незнакомка посмотрела на большие часы, висевшие на стене, потом снова на Джорджа, кивнула ему головой и вышла из комнаты на улицу, через открытую дверь.

Когда концерт закончился, все слушатели стали поздравлять молодого скрипача.

- Талант, исключительный талант! – громко, на всю комнату кричал лорд Перуа.

- Жаль, что мы не слышали вас раньше, - изумился граф Де’Боо, - я буду счастлив, если вы вновь сыграете нам на дне рождении моей жены.

- С удовольствием! – ответил Джордж.

Когда гости приутихли и перестали сыпать Джорджу комплементы, заиграла лёгкая музыка. Мужчины стали приглашать дам, пары закружились в вальсе. Джордж не любил танцевать, поэтому отошёл в сторонку, предоставляя место танцующим парам.

- Ты замечательно играл, мой мальчик, - мистер Джон одобрительно похлопал юношу по плечу, - как называется эта мелодия?

- У нее пока нет названия… - смущенно проговорил Джордж.

- О…неужели это вы ее написали? – раздался чей-то голос из-за спины. Джордж развернулся и увидел перед собой мужчину в костюме мушкетера с большими рыжими усами.

- Дааа… - замешкался Джордж.

- Очень… очень хорошо! Я бы хотел пригласить вас к себе в следующий вторник на свадьбу моей дочери…простите, я кажется не представился: граф Рики Де Моротти.

Джордж хорошо знал этого человека, по крайней мере по разговорам своих родителей. Граф славился своими роскошными виноградниками, располагавшимися где-то на юге Франции, а еще – своей заносчивостью и скупостью. В то время, как многие из присутствующих делились своими деньгами с обездоленными, отдавая их на благотворительность, он хранил деньги в швейцарских банках, и каждый день пересчитывал по десять раз свои капиталы. Джордж знал, как мало он платит своим подчиненным, и потому не хотел бы иметь с ним никаких дел, но отказать сейчас было бы ошибочно.

- Я буду очень рад. Джордж Брук, - ответил Джордж и протянул руку.

- Ну, вот и славненько. Мои люди свяжутся с вами, - ответил граф и удалился, так и не пожав руки.

- Ты только посмотри на этого рыжего! Даже руки не пожал, - рассердился мистер Джон, - что не говори, а общество здесь прескверное. Как ты сюда попал?

- Я музыкант, - уныло сказал Джордж и обежал взглядом комнату. Пары весело кружились в вальсе. Музыка плавная, успокаивающая. Он закрыл глаза, окунаясь в водоворот мелодии: она уносила его за собой, как поток реки. Джордж покидал свое тело и этот зал, наполненный десятками людей, сливался с музыкой – с этой родной, упоительной музыкой…

Легкий холодок, пробежавший по его телу, заставил открыть глаза: в двери, ведущей на улицу, стояла девушка в маске и улыбалась.

- Джордж… Джордж… ты здесь?! – голос мистера Джона привел его в чувства.

- А?.. Д-да… - Джордж на миг отвернул взгляд, и девушка как будто растворилась в воздухе. Оторопев, Джордж добавил: - извините, я сейчас вернусь.

Он выбежал на улицу, чуть не сбив одну из пар с ног. Ночь была прекрасна: небо чистое, как полотно, а на нем – яркие звезды; легкий ветерок играл с листьями деревьев; в кустах шуршали мыши и доносились скрипы сверчков. Джордж не слышал ничего этого: упоенный странной мелодией, он, полностью погрузившись в нее, шел на звуки музыки. Вскоре скрипач вышел к пруду. Там, на берегу сидела та самая девушка и напевала какую-то до боли знакомую мелодию.

Джордж подошел ближе: девушка не замечала его. Тогда он приблизился еще и сел на камень чуть поодаль от нее. Девушка обернулась и, увидев своего гостя, улыбнулась ему.

- Привет, - поздоровался Джордж, - меня зовут Джордж.

- Привет, - ответила девушка. Ветер развивал ее золотые волосы, серебристая маска плотно прилегала к лицу, голубые глаза незнакомки сияли, как два лунных озера, а уста светились в красивой и доброй улыбке.

Девушка развернулась к Джорджу, чтобы продолжить беседу и, обняв руками ноги, спросила:

- Ты следил за мной?

- Да…то есть нет… не совсем, - немного заикаясь ответил Джордж, - я шел на музыку.

- Значит, я похожа на музыку? – улыбнулась девушка.

- Ну…совсем не похожа, - изумился Джордж.

- Почему я не могу быть похожа на музыку?

- Музыка – это нечто волшебное и божественное, что невозможно описать словами, а только…музыкой… что-то совсем нескладно получилось, - задумался Джордж.

- Н-да, - девушка улыбнулась и посмотрела на пруд, - сегодня прекрасная ночь, не правда?

- Да. Я бы даже сказал – музыкальная ночь…

- Ты снова возвращаешься к музыке…

- Прости, я ведь музыкант и не могу без нее.

- А без меня ты можешь?

- Ну…думаю да…мы ведь не знакомы. Я даже не знаю твоего имени, - Джордж подумал, что девушка играет с ним, и решил сыграть в эту забавную игру.

- А если я скажу, что я – твоя муза, ты тоже будешь отрицать мою значимость?

- Ну…в таком случае не буду, - Джордж рассмеялся, девушка улыбнулась в ответ и продолжила:

- Я слышала, как ты играешь. Твоя игра как волшебство – такая же таинственная и манящая, но сегодня ты грустишь…скрипка плакала вместе с тобой и плакали люди, для которых ты играл. Я убежала, потому что не смогла сдержать слез…

- Прости.

- Нет! Не надо извиняться. Ты настоящий волшебник, раз смог заставить меня заплакать. Только, пожалуйста, не заставляй впредь свою скрипку печалиться, а то мне вновь не сдержать слез.

- Я не могу. Понимаешь, скрипка плачет, потому что плачет моя душа. Я потерял близкого человека. Моя невеста – Аника – умерла месяц назад от рака мозга. Я не мог ничем ей помочь…и… даже не успел попрощаться…

Девушка закрыла глаза и вжалась в колени: волосы закрыли ее лицо, но Джордж мог поклясться, что она плачет.

- Ты плачешь? – испугался Джордж и хотел было обнять незнакомку, но она ускользнула из его объятий и остановилась у глади воды.

- Я думаю, она бы тоже заплакала, если бы услышала такие слова, - девушка сердито посмотрела на Джорджа: ни единой слезинки: - думаю, больше всего на свете ей бы не хотелось, чтобы ты страдал из-за нее!

- Я не могу не страдать. Как ты не понимаешь! Она была для меня самым родным и дорогим человеком. Когда ты теряешь того, кого любишь, - жизнь будто останавливается. Не хочется говорить, есть, спать, жить! Сердце будто разорвалось на тысячи осколков, которые уже невозможно будет склеить никогда...я знаю, что жизнь на этом не заканчивается, что мне придется жить с той мыслью, что любовь моя умерла…но я не знаю как! Я не знаю, что мне делать…все, что у меня осталось, - это моя музыка, - Джордж остановился на миг и продолжил: - я играю, а скрипка плачет, и я не в силах этому помешать.

- Я понимаю, - ласково ответила девушка, - я тоже потеряла дорогого для себя человека. Но я знаю, что однажды мы с ним снова встретимся, и эта мысль согревает мое сердце.

- Хотел бы я думать также…

- Что тебе мешает?

- Только то, что я жив, а она – умерла…

- И ты не веришь в жизнь после смерти…

- Да…

- А если я скажу, что я ангел и пришла, чтобы помочь тебе?

- Я буду очень долго смеяться, а потом уйду обратно к гостям, потому что больше не смогу терпеть этот вздор.

- А ты забавный, - девушка засмеялась. Джордж подхватил ее заразительный смех и тоже засмеялся.

- Сыграй мне…- остановилась девушка.

- Я сейчас сбегаю в дом за скрипкой, не уходи никуда, - обрадовался Джордж.

- Не стоит. Возьми мою, - девушка подняла из травы серебристую скрипку и подала ее Джорджу.

- А я и не заметил ее…- удивился Джордж. Он мог поклясться, что никакой скрипки раньше здесь не было, - что сыграть?

- Что хочешь.

- Хорошо, - Джордж решил сыграть ту мелодию, которую играл сегодня на вечере. Он провел смычком по струнам, потянул его вниз, потом вверх…скрипка запищала, как необузданный мустанг.

- Моя скрипка не умеет плакать, так что эта мелодия не подходит, - улыбнулась незнакомка, - закрой глаза, ты ведь всегда так делаешь: она направит тебя в нужное русло.

Джордж закрыл глаза и снова повел смычком. Мелодия пока еще крутилась в его голове и никак не хотела показываться. Он расслабил руку: смычек дернулся вверх, потом вниз, потом снова вверх – понеслась быстрая, громкая мелодия. Тело Джорджа затанцевало в ее ритм, грудь наполнилась теплом, а на лице появилась улыбка. Скрипка играла, а музыкант танцевал, подчиняясь ее пьянящей и радующей мелодии.

Джордж забыл о всех своих печалях, он забыл даже о том, что во вторник должен играть на свадьбе у графа Моротти. Музыка вела его за собой – этот теплый поток яркого, счастливого света.

- Ты замечательно играл! – похвалила его незнакомка, когда Джордж закончил.

- Это не я, это все твоя скрипка, - улыбнулся Джордж, - неужели она живая?

- В руках такого мастера как ты любая скрипка оживет. Видишь, ты можешь играть и веселые мелодии. Ты ведь не грустил?

- Даже не думал.

- Вот, это уже другое дело. В твоей жизни будет еще много черных полос, но ты не должен унывать. Людям нужны веселые мелодии, которые смогут их согреть, развеселить, помочь справиться с проблемами. А если твоя скрипка будет всегда плакать, она не сможет дарить людям хорошее настроение и надежду.

- Ты права. Я не мечтаю заработать миллионы, а всего лишь хочу дарить людям музыку, которая сможет им помочь. Спасибо, что напомнила мне об этом.

- Я хочу подарить тебе эту скрипку. Она не даст тебе умереть с горя, поверь мне, - девушка мигнула и повернулась к пруду.

- Но…я не могу принять столь дорогой подарок. Эта скрипка особенная.

- Именно поэтому я хочу подарить ее тебе. Я всегда знала, что ты будешь самым лучшим музыкантом. Извини, что заставила тебя так долго страдать…до свидания!

- Но…

Грохот не дал Джорджу закончить фразу. Он оглянулся: яркие огни разили небо, разрываясь на сотни маленьких огоньков – это был долгожданный салют. Когда скрипач вернулся взглядом к пруду, таинственная незнакомка исчезла, как будто ее никогда и не было.

Джордж лег на траву, держа в одной руке скрипку, в другой – смычек. Он посмотрел на звездное небо: ветер усилился, а на улице похолодало.

- До свидания… Ты хотела, чтобы я дарил людям веселые мелодии, чтобы они помогали им…- задумался Джордж. Он посмотрел на скрипку и прошептал: - ты не будешь плакать, и люди не будут плакать, потому что только улыбке будет место на их лице. Моя музыка будет дарить радость и умиротворение, потому что в моем сердце нет места для печали и тоски. Я смогу подарить миру надежду…я смогу подарить миру тепло…

Джордж заиграл: смычек послушно скользил по струнам. Мелодия была плавной и легкой, и не было в ней ноток горести и печали. Ибо плакал музыкант, но были эти слезы – порывом счастья.

 
2(3).jpg